Дорогой Артур,

Как только приземлишься в Лос-Анжелесе, позвони по номеру, который я тебе вписал в блокнот (и на паспорт, карандашом, на всякий случай). Это наш бывший портной, ему твой дед в свое время сделал много добра. А твоя тетя лично ему вырезала аппендицит в нашей больнице,  в 60-ых годах, кстати -- по мастерски, так что не думай что ты им незнакомец какой-то, не стесняйся.

Послушай меня хоть раз в жизни: положи свою гордость в карман и скажи прямо, что тебе нужно помочь. Может он тебе работу поможет найти какую нибудь,или пристроит на время.

Если нет, то черт с ним, доберись до города как нибудь и найди Православную церковь рядом с вокзалом. Говорят, что там всем помогают и на работу устраивают -- надо только подойти к иконе Богородицы, свечку зажечь и три раза перекреститься. Я знаю, что ты сам некрещеный, но сейчас не об этом.

Самое главное, не будь простаком. В Америке жуликов не меньше чем у нас, но только они вежливее и лучше одеты. Так что никому не доверяй, и ничего не подписывай.

Как устроишься, продай бабушкино кольцо и картину с балеринами. Кольцо я положил тебе в бумажник, с мелочью -- не беспокойся, они ничего не заметят, просто забудь про него и спокойно иди зеленым корридором. Если придерутся к картине, то скажи что никакой ценности она не представляет, и что это ты сам нарисовал, в юности. Если это не поможет, сделай глупое лицо и спроси, сколько стоит заплатить "штраф." Попытайся не выглядеть честным, они от этого нервничают.

Просто найди корридор с молодой девушкой и смотри ей прямо в глаза, ну ты знаешь как, с полным шармом. Русские девушки в серой форме, в пиджаках с погонами и в пилотках -- это мечта поэта. Эх, мне бы твои года ....радуйся жизни пока молод!

Да, кстати, сердцеед ты эдакий, чего ж ты Анне не сказал, когда твой рейс? Она меня целую неделю осаждала. Дело твое, конечно, но она девушка тонкая, хрупкая, поделикатнее бы с ней.

Не торопись продать балерин, найди знающего человека. Бабушка клянется, что это какой-то пост-сюр-черти что, который она после войны привезла из Германии, как трофей. В молодости она неплохо разбиралась в искусстве, я думаю она знает что говорит. 

Ну, о-кей, лети птенчик. У тебя все будет о-кей, я это сердцем чувствую.